Курс валют:

Погода:

Прямой эфир
смотреть позже
Россия

Библиотека миниатюрной книги

Анастасия Шкитина, корреспондент:

«Это не просто графические картинки, а своеобразный герб библиотеки. Иначе, особый знак, который показывает принадлежность книги владельцу. Изначально это был удел только европейской знати и богачей, впрочем, потом особый маркер появился у книголюбов по всему миру. Историю возникновения изображений рассказали в Музее эксклибриса и миниатюрной книги студентам из Китая».

Экскурсия началась с обзора самых первых книжных знаков. Чтобы «пометить» книгу и обезопасить от грабителей, владельцы, а точнее, хранители монастырских библиотек, оставляли в них надписи-проклятия. Понять их студентам из Китая оказалось непросто. Трудности перевода.

Дарья Сурина, арт-директор и искусствовед Музея экслибриса и миниатюрной книги:

«Сложно, наверное, будет перевести с такого древнерусского. Но попробуем простенько. Кто сию книгу возьмет из дома божьего, на том будет тягота церковная».

Вряд ли письменные проклятия помогали, ведь недоброжелатели в то время грамотностью не отличались. И уже через некоторое время появились первые рисованные эксклибрисы. Такой знак исследователи обнаружили в одной из книг Соловецкого монастыря, датированной 15 веком:

«Мы здесь видим крупную букву «С» и красивой русской вязью само слово – «Игумен Досифей». Это был первый книжный знак, который нарисовал Игумен Досифей, чем он обозначил, что книжка принадлежит ему».

Позже эксклибрисы стали заказывать у именитых художников. Свои книжные знаки были у известных артистов, академиков и поэтов, а также у российских правителей. Например, вот так выглядел герб библиотеки Александра III. Сначала на изображениях были исключительно фамильные символы, потом из гербов выросли настоящие графические сюжеты. Бум экслибриса в Европе пришелся на 20-й век. С началом 21-го столетия искусство книжных знаков взяло курс на Восток. Сегодня центром графики стали Япония, Вьетнам и Китай.

Фан Фэй, основатель проекта «Серый Мокко»:

«Я знаю, что в Китае у императора есть собственная печать. Особенно император последней династии очень любил каллиграфию. Он свою печать ставил для того, чтобы никто не трогал его коллекцию. У него было очень много таких коллекций. Я думал, что это что-то подобное. Но сегодня понял, что это совсем другое».

Дарья Сурина, арт-директор и искусствовед Музея экслибриса и миниатюрной книги:

«Они очень любят и всячески пропагандируют и свою культуру, но при этом стараются глядеть на Европу. Они очень активно учатся различным техникам у европейских художников. Но в основном они пропагандируют свою культуру, очень много китайских экслибрисов с иероглифами, шрифтовых в современном виде».

Анна Чжан изучает русский уже более 3-х лет, сейчас читает книгу профессора Пекинского университета на русском языке. Это мысли и изречения Конфуция. Объясняет, даже в переводе суть идей известного философа остается прежней.

Анна Чжан, аспирант МГУ:

«И еще здесь очень интересная книжка, которую я уже прочитала, - «Живой музей». Это русские авторы? – Да, русские авторы. Вот у меня любимая книжка, вот эта. Мы с друзьями начали дружбу из-за этой книжки. У меня была подруга, которая изучает философию, у нее была идея создать салон чтения, и каждую неделю мы читали книгу по философии вместе».

А вот совладать с русской поэзией получается с трудом. Стихи тяжело поддаются переводу, особенно рифмы прославленных классиков.

Вот они - на витринах Музея миниатюрной книги. Здесь и Пушкин, и Есенин. Но это далеко не первые микросборники, есть книги меньше 10-ти сантиметров. Самый старый миниатюрный дневник датируется 18-ым веком. Сделал его крестьянин. Обыкновенный русский мужик записывал в книжку свои любимые молитвы. Рядом с ней, на соседней витрине, студенты увидели самое крошечное произведение. Оно не больше макового зернышка:

«В ней 9 страничек арабского алфавита. Размер этой книжки 0,8 на 0,8 мм. Под супер-супермикроскопом можно читать. Сделал ее художник Анатолий Коненко, он из Омска».

Эта книжка даже побывала в Книге рекордов Гиннеса, пока ее не заменил другой микросборник, также авторства Коненко.

Хань Шу, студентка из Китая:

«Я заметила, что русские вообще любят книги. Это естественно, ведь вы так любите чтение. В метро все читают. Я думаю, что это показывает духовную ценность, уважение к книге и интерес к ним».

Студенты из Китая объясняют - русские просто заражают своей любовью к книгам. Поэтому иностранные магистранты и аспиранты невольно тянутся к произведениям классиков и русско-китайскому словарю. Они называют себя русскими китайцами. Ведь после того, как узнал, чем живет «русская семья» Толстого или что такое «тройка» Гоголя, уже становишься своим.

Анастасия Шкитина, Андрей Костров, «ТВ БРИКС».

BRICSрепорт