Михаил Натензон: В каждой стране БРИКС принята своя национальная программа развития телемедицины

Михаил Натензон – председатель совета директоров «Национального телемедицинского агентства», член Совета Российского телемедицинского консорциума, старший научный сотрудник Российской академии наук. В 1972 году окончил Московский институт электронного машиностроения по специальности «Прикладная математика». Является соавтором проекта Национальной телемедицинской системы Российской Федерации. В 2014 году инициировал основание рабочей группы экспертов стран БРИКС в сфере телемедицины. Разработчик проекта по борьбе с инфекционными заболеваниями в Африке.

В эксклюзивном интервью TV BRICS он рассказал о сути телемедицины и о ее развитии в странах БРИКС.

– Насколько мы знаем, телемедицина в широком смысле слова представляет собой оказание медицинской помощи на расстоянии. Хотя, конечно, прежде всего, это взаимодействие лечащего врача и врача более высокой квалификации. Если говорить о пациентах, какие обследования они могут получить при помощи телемедицины? И какие пациенты вообще могут получить такую помощь?

– Давайте начнем с простых вещей. Телемедицина, как современная технология оказания медицинской помощи, абсолютно уникальна, универсальна и массова. Поэтому такой помощью может воспользоваться любой человек. Страны БРИКС огромны по своим территориям, имеют большое число жителей и очень неравномерную плотность населения. Как раз телемедицина в первую очередь важна для пациентов, живущих в удаленных, труднодоступных районах, сельскому населению, где инфраструктура стационарных медицинских учреждений недостаточно развита по сравнению со столицами и крупными городами. Во всех странах БРИКС имеются свои национальные программы развития телемедицины, а теперь еще и искусственного интеллекта.

Спусковым крючком, конечно, стала пандемия коронавируса, которая заставила государства массово внедрять эти технологии. Сейчас в Москве все 250 поликлиник, большинство городских клинических больниц, имеют аппаратуру лучевой диагностики, рентгеновские аппараты, флюорографы. Они подключены к Научно-практическому клиническому центру диагностики и телемедицинских технологий Департамента здравоохранения города Москвы. Вся информация стекается туда по каналам связи. Специалисты, используя программы искусственного интеллекта, обрабатывают гигантский поток медицинских изображений.

Теперь у врачей есть понятие «система поддержки принятия врачебных решений». То есть врачу дается информация и рекомендации. Компьютер не имеет права ставить диагноз, но программа искусственного интеллекта подсказывает врачу различные варианты развития событий и необходимые меры. Специальные исследования, которые проводил департамент Москвы, показал, что по туберкулезу, например, 99,24% – это норма, 0,76% – патологии. А врач вынужден описывать все – он описывает, например, 200 снимков, и только 200-й оказывается снимком больного. Во-первых, он тратит огромное количество времени, выгорает, теряет квалификацию, видя все время норму. А так как программа сейчас может определять норму с точностью 99,99%, то совершенно спокойно можно избавить врача от этой рутины и дать ему возможность обследовать действительно больного.

Президент России в своем недавнем выступлении упомянул об оказании первичной медицинской помощи и о внедрении мобильных медицинских комплексов. Это «клиники на колесах», которые, кстати, мы тоже предлагаем странам БРИКС в своем проекте. Они фактически позволяют добраться до любого населенного пункта и провести там обследование.

– Телемедицина в России развивается уже не первый год. О каких достижениях этого направления можно говорить сегодня?

– Прежде всего, я бы отметил чрезвычайно важное для здравоохранения развитие законодательной и нормативно-правовой базы. В рамках Содружества Независимых Государств в 2010 году Россия выступила с инициативой о создании национальных телемедицинских систем в странах СНГ. Этот меморандум был совместно обсужден всеми странами и в 2010 году подписан на встрече глав правительств СНГ в Кишиневе.

Пакет документов, который был принят также на Межпарламентской ассамблее СНГ и на заседании глав правительств СНГ, является первым в мире документом, регламентирующим телемедицинские консультации и оказание телемедицинских услуг.

– А как обстоят дела с развитием медицины в странах БРИКС?

– Сейчас в каждой из стран БРИКС принята своя национальная программа развития телемедицины. Очень интересная национальная программа развития телемедицины в Индии. У них есть, как и в Китае, Национальная ассоциация телемедицины. В Индии регулярно проводят конгрессы в этой области. У них прекрасный национальный телемедицинский центр в городе Лакхнау, в штате Уттар-Прадеш.

Они разработали свою программу создания телемедицинской сети 1 500 клиник в сельской местности и запуск специального спутника для обеспечения связи между этими клиниками. В Бразилии создана телемедицинская сеть бразильских университетов. Она оказалась настолько эффективной, что к ней присоединили клиники по всей стране – сотни больниц, а потом эта сеть разрослась до телемедицинской сети Латинской Америки и стран Карибского бассейна.

Индия и в Бразилия, на мой взгляд, добились очень широкого охвата, но глубина оказания услуг, его список, можно улучшать и дополнять. И вот тут Россия могла бы выступить очень хорошим партнером. Такая же история и в ЮАР. Владимир Путин подарил стране мобильный медицинский комплекс, который был привезен в город Нкандла в округе Утунгулу провинции Квазулу-Натал. Так что тут, на мой взгляд, все очень перспективно. Главное, что база приготовлена. Теперь можно это развивать.

Полное интервью доступно на сайте TV BRICS.

Фото: TV BRICS