Курс валют:

Погода:

Прямой эфир

18:33 Сейчас в эфире BRICSТЕРВЬЮ Алексей Ягудин

Смотреть онлайн

18:33

Сейчас

BRICSТЕРВЬЮ Алексей Ягудин

Смотреть онлайн
16+

18:49 Далее в эфире BRICSРЕПОРТ Фестиваль Индонезии в Москве

18:49

Далее

BRICSРЕПОРТ Фестиваль Индонезии в Москве

16+
смотреть позже
Россия
Персоны

Лео Бокерия: "Хотите быть нормальным и успешным - в одно и то же время ложитесь спать"

Лео Бокерия - главный кардиохирург Министерства здравоохранения РФ.

Родился в 1939 году. В 1965 г. окончил Первый Московский медицинский институт им. И.М. Сеченова Минздрава СССР. С 1968 г. работает в НЦССХ имени А. Н. Бакулева РАМН. С 1994 года является его директором.

Академик РАН, профессор, педагог, ученый, имеет более 150 патентов на изобретения. Президент Общероссийской общественной организации «Лига здоровья нации».

С известным хирургом побеседовала корреспондент «ТВ БРИКС» Ксения Комиссарова.

Национальный центр сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева, который Вы возглавляете, когда-то представлял из себя одну операционную и две палаты. Чем центр живет сегодня, и какими его достижениями Вы гордитесь больше всего?

Когда Александр Николаевич Бакулев в 1956 году открывал институт, это, действительно, происходило на базе его отделения, на базе его кафедры. Тогда он назывался Институт грудной хирургии. Институт с названием «сердечно-сосудистой хирургии» появился впервые в мире как осознание того, что глобальная проблема состоит все-таки в болезнях, а не, так скажем, в каком-то пространстве человеческого организма, где находятся и сердце, и пищевод, легкие. Поэтому, конечно, этот переход в 61 году, он сыграл ключевую роль - институт быстро развивался.

Сейчас мы крупнейшая клиника. Нет ни в США, ни в Европе ни одной такой клиники. Мы делаем только операции на открытом сердце с использованием искусственного кровообращения. В последние четыре года - более пяти тысяч. Причем мы оперируем и новорожденных, и детей первого года жизни, и очень пожилых людей. Вот вчера оперировался больной восьмидесяти двух лет. Мы ему заменяли клапан в условиях искусственного кровообращения. Эта методика, которая сегодня абсолютно безопасна, и мы стараемся ею пользоваться чаще для того, чтобы под контролем зрения сделать все, что нужно.

Делают ли в вашем центре операции иностранным гражданам? И как вообще развивается в России медицинский туризм?

Создание медицинского туризма – это очень дорогостоящее занятие. И те, кто предполагает, что можно одним решением, предположим, эту проблему начать решать, глубоко заблуждаются, потому что это колоссальный бизнес. И чтобы начать его развивать, нужны очень серьезные вложения, которые измеряются в евро и в долларах – в цифрах, которые мы себе плохо представляем. Поэтому в этом отношении очень преуспела ФРГ, Германия. Хорошо развивается медицинский бизнес у Израиля, но здесь, помимо финансовых вложений, имеет еще место элемент определенной взаимосвязи людей, которые проживают в нашей стране и там проживают.

Медицинский туризм в Америке не очень развит, но там много своего населения, и операции, конечно, очень дорогостоящие. А мы можем это делать. Здесь когда-то была одна большая очень компания из Европы. Они оценили потенциал нашего центра. Они хотели возить сюда детей из Африки, из слаборазвитых стран и своих пациентов тоже. В общем, договоренность была полная.

Но прошло относительно немного времени, и я получил информацию, что проект отклонен. Причина: страна, в месте их локализации, заявила на самом высоком уровне, что, если они это будут делать - то есть этот финансовый поток, который мог бы быть направлен сюда, уйдет из той страны, которую они представляют - от них останется «голое место». И таких примеров достаточно много.

Приглашают ли Вас оперировать за рубежом? На каких условиях, в каких случаях Вы можете согласиться найти для этого время? И был ли у вас какой-то особенный иностранный пациент?

Я много лет в конце восьмидесятых и первую половину девяностых оперировал в нескольких странах. Это были соглашения абсолютно товарищеские. Разумеется, ни одна из этих стран не могла это оформить как плату: покупали билет мне и проживание в гостинице. Это очень известные страны. Я их обучал. Это был взлет хирургии аритмий, сочетанных операций, врожденных пороков сердца. Потом, когда стал директором, все-таки здесь очень много работы, и я эту практику прекратил.

В прошлом году я лично сделал более шестисот операций с искусственным кровообращением. У нас в Москве нет ни одной клиники, которая бы сделала шестьсот операций на открытом сердце, кроме этой. Как говорил мой любимый учитель, мой предшественник, директор Владимир Иванович Бураковский: «Главное, чтобы дома все было нормально». И я железно следую этой традиции.

Вы успеваете не только работать, но и заниматься общественной деятельностью. Как Вы находите на нее время? Вы возглавляете «Лигу здоровья нации» и почему считаете, что сегодня важно не только лечить, но и просвещать?

Общественной работой занимаюсь после работы. Помимо того, что я президент «Лиги здоровья нации», я еще и председатель Комиссии по здоровью нации и развитию здравоохранения в Общественной палате. Мы провели невероятно интересные слушания по ЭКО. Далее у нас сейчас идет десятилетие детства. Этих детей рождается немного: порядка восемнадцати тысяч в год. Но 30% из них умрет в течение первого месяца, если им не сделать операцию. Еще почти 30% может умереть в течение последующих одиннадцати месяцев. При этом, если вы сделали операцию, 97% проживают жизнь, как их здоровые сверстники.

Ну, это то, что касается больных. А то, что касается здоровых - «Лига здоровья нации». Она была организована в 2003 году. Я не участвовал в ее организации, меня просто пригласили и очень уговаривали. Согласился, но я такой человек, если начинаю - не могу это бросить.

У нас есть замечательный проект, который придумала и реализует Ольга Бокерия - это моя младшая дочь, профессор. Ольга является членом Американского колледжа кардиологов. Ее знают хорошо. Называется проект «Прогулка с врачом». Он зародился в Австралии, потом быстро переместился в Штаты. И вы знаете, что меня поразило: я помню, несколько лет назад мы прилетели в Самару. Вся набережная была заполнена народом.

Что такое «Прогулка с врачом»? Это возможность не просто действительно побыть с людьми, это возможность поговорить с врачом. Я лично, года через два, наверное, перестал ходить на эти «Прогулки…», потому что это превращалось в живую поликлинику. В основном народу хотелось поговорить. И я понимал, что мешаю. Причем интересно, что эти люди потом между собой знакомятся, у них появляются общие интересы. Они начинают кто-то ходить, кто-то бегать, кто-то плавать.

Другой вопрос, который «Лига здоровья нации» активно развивает, - это так называемые «10 000 шагов». Сейчас, когда была эта акция недели три назад, в 73-х регионах России прошли в это же время эти самые старты «10 000 шагов». Общественная работа дает возможность начать нечто такое, что потом люди, которым это нравится, или кому это нужно, занимаются этим. А кому это не нужно, он и так все равно не приходит.

Результатом нашей работы явилась монография, которую мы издали уже четырнадцать раз. Она называется «Атлас. Здоровье России». Там 220-224 признака здоровья. Это не только заболевания. Это и сколько у нас спортивных площадок, сколько человек у нас курит. В общем, все вопросы, которые имеют отношение к здоровью.

Как Вы можете оценить перспективы использования единой информационной платформы «Золотое руно» именно для продвижения российских медицинских проектов и услуг?

Я однажды слушал очень хорошее выступление академика Беленкова, когда он был руководителем Федерального агентства Министерства здравоохранения. У него спросили: «Какую нам выбрать программу, план, систему здравоохранения – как в Америке, в Германии или еще в какой-то стране?» И Юрий Никитич сказал, в «десятку» попал: «Дело не в системе, дело в финансировании вот этой самой системы». Когда были большие вложения в здравоохранение, были построены федеральные центры, которые кардинально изменили состояние дел с сердечно-сосудистой хирургией, с травматологией и со многими другими разделами. И это вопрос ключевой.

Сейчас важно, чтобы те деньги, которые есть в обязательном медицинском страховании (мы даже не знаем, сколько их в принципе)… но это очень важно, чтобы они работали на развитие клинической медицины, не на постройку офисов и так далее. И я к чему это все говорю? Тогда мы сможем наш медицинский туризм развивать за пределами.

Возвращаясь к «Прогулке с врачом», одна из Ваших рекомендаций – пешая прогулка в среднем 30 минут в день, чтобы быть…

Один час.

Один час…чтобы быть успешным в делах сердечных. Кроме «Прогулки с врачом», находите ли время для пеших путешествий? И как еще Вы справляетесь со стрессом?

Вы знаете, я, к сожалению, очень ограничен в возможностях хождения, ходьбы, потому что реально я приезжаю на работу в 7 часов утра. Как правило, раньше восьми вечера я не ухожу: во-первых, у меня большой операционный день каждый день, и, кроме того, понятно, что это такая махина, где работает почти 2500 человек. Она требует ежедневного участия во всем этом процессе. Одна только почта у меня занимает по два часа.

Что касается стресса, то, конечно, нужно себя контролировать. Это совершенно очевидно, но главное, чтобы человек соблюдал режим. Если вы хотите быть нормальным и успешным, хотя бы в своем понимании, надо в одно и то же время ложиться спать, независимо от того, в какую смену человек работает, биологические часы реально существуют, это не выдумка.

И дальше, конечно, надо себе создавать настроение. Я вот часто говорю, что, помимо лучшего метода оздоровления человека – ходьбы, надо еще уметь утром себе задать нормальное настроение. Я обычно (мы сейчас живем вдвоем с супругой моей, с которой мы учились с первого курса вместе) стараюсь утром ей какую-нибудь хохму рассказать или просто что-то ей приятное сказать. В ответ ты слышишь то же самое. Потом ты приезжаешь, развиваешь эту тему в институте, с кем встречаешься. Я часто говорю, и в этом есть доля правды, что мое любимое занятие – это посплетничать с операционными сестрами. Они все очень профессиональные, очень умные. Они наперед знают, что я сейчас попрошу, и так далее. Но у меня такие приколы бывают. Они-то знают, но все равно они иногда покупаются.

Нормальное позитивное настроение как раз имеет, на мой взгляд, очень большое значение. Я не могу это утверждать, но прожитые годы мне говорят о том, что это все-таки ключевой элемент, когда у тебя нормальное настроение и ты строишь планы на то, что ты можешь, и меньше переживаешь из-за того, что ты не можешь: что у тебя не может быть такая машина, что у тебя не может быть самолета, что у тебя не будет этого, этого и так далее, и тому подобное.